Ревлюция«Те, кто делает мирную революцию невозможной, делают

насильственную революцию неизбежной».

Джон Кеннеди

   Я думаю, что для нашего народа (и не только) революций более чем достаточно. Первый канцлер Германской империи Отто фон Бисмарк писал: «Революцию подготавливают гении, осуществляют романтики, а плодами ее пользуются проходимцы». Проходимцы в свою очередь уничтожают фанатиков, и изгоняют гениев, дабы те, осознав, что они натворили, снова не подняли народные массы и не повели их куда-нибудь еще. В результате – властители меняются, а народ остаётся в рабском положении, пусть даже не осознавая этого. Как говорил Бернард Шоу: «Революции никогда не облегчали бремя тирании, они лишь перекладывали это бремя с одного плеча на другое».

   Фанатичные вожди революций очень часто весьма примитивны в своём мировосприятии. Для того, чтобы с небывалым упорством воплощать в жизнь некие идеи, несмотря на их внутренние противоречия и несоответствие мер и методов с конечной целью, необходима замкнутость мышления, ограничивающая мировосприятие. Это никак не связано с интеллектом. Интеллект - это лишь инструмент логического познания мира, а мировоззрение - пространство в котором живёт сознание, объём этого пространства пределяет ум и воля.

   Есть мнение, что революции возникают при появлении новых социальных идей, а потому любое свободомыслие рано или поздно приведёт к социальной катастрофе. Лично я с этим не согласен, революция в большей степени основывается на невежестве толпы. Новые идеи – это пища для ума мыслящих, но их не так много, и они не имеют привычки собираться в толпы. «Собрать стадо из баранов легко, трудно собрать стадо из кошек» (Сергей Капица).

«Ум делает человека снисходительным, выясняя перед ним сложность вещей, давая ему самому возможность разъяснять и понимать, а также значительно ослабевает напряжённость и силу убеждений, необходимых для того, чтобы быть проповедником и апостолом. Великие вожаки всех времён, и особенно вожаки революций, отличались чрезвычайной ограниченностью, причём даже наиболее ограниченные из них пользовались преимущественно большим влиянием. Речи самого знаменитого среди них Робеспьера, зачастую поражают своей несообразностью. Читая эти речи, мы не в состоянии объяснить себе громадной роли могущественного диктатора… Вожак очень редко идёт впереди общественного мнения, обычно он идёт за ним и усваивает все его заблуждения…» (Гюстав Леббон «Психология масс»). Глядя на современных политиков так же можно удивляться тому, что их речи, вдохновляющие толпу на площадях, становятся примитивными и наивными при прочтении. Ведь они рассчитаны на толпу, а не на личность. А у толпы есть право голоса, а за гулом голоса толпы не слышно шёпота личности.

   В  процессе революции подрывается экономика, культура. Революция – это цепная реакция самоуничтожения нации. Система социально-экономического устройства современной цивилизации настолько хрупка, что революционные скачки в политических, экономических и социальных сферах могут обернуться регрессом. Только гармония эволюционного пути развития может быть залогом безопасности человечества. «Ненавижу всякую революцию, потому что она уничтожает не меньше благ, чем создаёт» (Иоганн Вольфганг фон Гёте). Ричард Олдингтон в романе «Сущий рай» писал: «Переворот только политический кажется мне бесцельной тратой сил. Нам нужен переворот в самой нашей природе, приспособление тела, равно как и нашего сознания и эмоций. Мы должны переделать самих себя, чтобы стать достойными нового знания, нового могущества».

   Многие революции и революционные идеи вышли из осознания социальной несправедливости и ставили своей задачей освободить рабов и уровнять права всех. Но, суть рабства состоит не только в рабском социальном положении, но и в рабском сознании, которое не меняется, даже если дать рабу свободу. Вспомните Дон Кихота в романе Мигеля Де Сервантеса, который освободил рабов, исходя из самых справедливых побуждений, разбуженных видом несчастных каторжников, бредущих в своих цепях под присмотром стражи. И что сделали рабы? Они побили своего спасителя, ограбили его и разбежались кто куда. Это тоже была маленькая революция, как и многие другие – не столь безобидные и не в сравнение кровавые. Суть рабства невозможно отменить революционными декретами, так как оно порождается не только социальными условиями, но рабским мышлением, изжить которое можно только эволюционно. Как тут не вспомнить А.П. Чехова и его слова: «я по капле выдавливал из себя раба». А потому, вопреки словам «Интернационала», кто был ничем, тот всем стать не может, так как из ничего что-либо не получится. Кстати, отец Чехова был крепостным, семью Чеховых выкупил из крепостничества дед Антона Павловича.

   Уже не первый век основой многих революций и скрытых идеологий нового мирового порядка являются страшные и бредовые идеи, противоречащие сути разумного общества и здравому смыслу. Это отрицание семейных ценностей, уничтожение культуры и образования, пропаганда алкоголизма и разврата. Вот что писал Фёдор Достоевский ещё в 1872 году в романе «Бесы», монологом одного из главных персонажей Петра Верховенского, одержимого идеями мировой революции, нового строя и власти:

   «… Не надо образования, довольно науки! И без науки хватит материалу на тысячу лет, но надо устроиться послушанию. В мире одного только недостает: послушания. Жажда образования есть уже жажда аристократическая. Чуть-чуть семейство или любовь, вот уже и желание собственности. Мы уморим желание: мы пустим пьянство, сплетни, донос; мы пустим неслыханный разврат; мы всякого гения потушим в младенчестве. Всё к одному знаменателю, полное равенство. «Мы научились ремеслу, и мы честные люди, нам не надо ничего другого» – вот недавний ответ английских рабочих. Необходимо лишь необходимое – вот девиз земного шара отселе. Но нужна и судорога; об этом позаботимся мы, правители. У рабов должны быть правители. Полное послушание, полная безличность…

   …Учитель, смеющийся с детьми над их богом и над их колыбелью, уже наш. Адвокат, защищающий образованного убийцу тем, что он развитее своих жертв и, чтобы денег добыть, не мог не убить, уже наш. Школьники, убивающие мужика, чтоб испытать ощущение, наши. Присяжные, оправдывающие преступников сплошь, наши. Прокурор, трепещущий в суде, что он недостаточно либерален, наш, наш. Администраторы, литераторы, о, наших много, ужасно много, и сами того не знают! С другой стороны, послушание школьников и дурачков достигло высшей черты; у наставников раздавлен пузырь с желчью; везде тщеславие размеров непомерных, аппетит зверский, неслыханный…

   …и уже преступление не помешательство, а именно здравый-то смысл и есть, почти долг, по крайней мере благородный протест. «Ну как развитому убийце не убить, если ему денег надо!» Народ пьян, матери пьяны, дети пьяны, церкви пусты, а на судах: «двести розог, или тащи ведро». О, дайте взрасти поколению! Жаль только, что некогда ждать, а то пусть бы они еще попьянее стали!

   Когда в наши руки попадет, мы, пожалуй, и вылечим… если потребуется, мы на сорок лет в пустыню выгоним… Но одно или два поколения разврата теперь необходимо; разврата неслыханного, подленького, когда человек обращается в гадкую, трусливую, жестокую, себялюбивую мразь, — вот чего надо! А тут еще «свеженькой кровушки», чтоб попривык…

Слушайте, мы сначала пустим смуту... Я уже вам говорил: мы проникнем в самый народ... Мы пустим пьянство, сплетни, доносы; мы пустим неслыханный разврат; мы всякого гения потушим в младенчестве... Мы провозгласим разрушение… Мы пустим пожары… Мы пустим легенды… Тут каждая шелудивая «кучка» пригодится. Я вам в этих же самых кучках таких охотников отыщу, что на всякий выстрел пойдут, да еще за честь благодарны останутся. Ну-с, и начнется смута! Раскачка такая пойдет, какой еще мир не видал… Ну-с, тут-то мы и пустим… Самозванца… Мы скажем, что он «скрывается» …. Он есть, но никто не видал его. О, какую легенду можно пустить! А главное — новая сила идет. А ее-то и надо, по ней-то и плачут. Нам ведь только на раз рычаг, чтобы землю поднять. Всё подымется!»

   Всё из этого монолога в той или иной степени проявилось после французской революции и переворота 1917-го года в России. Насколько бы бредовыми не казались идеи Верховенского, их воплощение люди уже пережили. Более того, переживаем и сейчас. Посмотрите, что происходит вокруг? И это не уже революция, а постепенный, незаметный для многих процесс отупения, коррупции, разврата и алкоголизации, в результате чего человек обращается в гадкую, трусливую, жестокую, себялюбивую мразь. Читайте старые книги – из них вы узнаете много нового!

   Я призываю не к революции, а к эволюции! Хватит поднимать народные массы, когда нужно поднимать их осознание. Только так решается главная эволюционная задача человечества, а социальные и экономические блага – это уже побочный эффект эволюции сознания, ибо сами по себе они не могут быть единственной целью   разумного, одухотворённого существа.

   У цивилизованного общества должен выработаться иммунитет против призывов к всякого рода революциям, призывающим людей куда-то выйти и что-то требовать. То же самое можно сказать относительно выборов в той форме демократии, которая превращает их в перманентный обман и профанацию. Я не призываю к полной апатии, я призываю к разумному бойкоту той системы, которая игнорирует наши интересы. Любые попытки революций приведут к власти таких же проходимцев, но не изменят систему.

   Революционный подход нужен для развития сознания человека, чтобы победить Дракона внутри себя. Ведь мы здесь не для того, чтобы совершенствовать систему, а для того, чтобы совершенствовать себя!  И это не эгоизм, так как характеристика любой общности людей зависит от индивидуальных качеств её членов. Социальная система, частью которой мы являемся - следствие нашего мировосприятия и жизненной позиции. Какие мы, таково и государство где мы живём. Совершенствование государства надо начинать с себя! 

   Из всего нужно делать выводы. Лично я, создавая главу под названием «Социум», пришёл к краткому и максимально исчерпывающему, на мой взгляд, выводу, изложенному в следующем определением относительно человечества на данном этапе эволюции: «Дегенеративное паразитарное клановое сообщество, с самоубийственной рабской моралью, живущее первобытнообщинным строем в условиях скрытого матриархата» …

   Но, мы можем это изменить, более того – мы обязаны это сделать. Разум – это то, чем человек отличается от животных, и человечество не может быть успешным, не развивая его, следуя по пути эволюции.

Вернуться в начало главы  Додекаєдр

Вернуться к заглавию  Додекаєдр

Следующая глава "Как работают идеи"  Додекаєдр